Да я неминуемо шёл ко дну, копнул и себя нашёл в гробу. Шёпот и пот, темно, шум с неба, у элит олимп или шёлков путь. Не подают вида, что мы тут, что мы живы, что мы люди и дышим тем же в аду. Паршиво, я будто пружина. Пулей режим внутрь зашит, пускай, спуску нам не дают, устал, дата там дуракам одна, так круглый год, снова работай гук, коль держат ноги - твои руки в кровь. Чувства притупил жутко механизм, мор люди не прочухали пади. В роли топлива толи торфа выгорать для света высшего... Сукам мы дарим рай. Огромный коленвал поломал у слабого раба все кости. Сам виноват пёс, его туша забавно повисла на тросе. Врос трафарет в мозг и теперь увы мысли тоже в деталях одинаковы. В ноль догорел после в далеке шанс, уже поздно. Исцелит солнце нас и согреет вряд ли. Мы дети шахт, меньше шанс мир увидеть истинным. Ослепнем там скорей и сгорим. С рисками снизу мы рыскаем. Исказит идеи мискалин, из крови не убрать остов раба, я пропал. Плита земли - могильная. Вечный сон, вечный сон в бреши той, сверху карусели, что мы не хотели двигать, нам не дали слов. Вечный сон, вечный сон в бреши той, где то в голове таится дума - будет бунт и небо решето А мы хотим лишь тепла А мы хотим только света Весны, чтобы наши тела Сквозь сны выросли в лето Просыпаюсь - темно, дома темно, засыпаю - темно. Темно. На работе - темно, засыпаю на работе днём, засыпаю песком, а затем ночь. Тем более темно, мне больно, темно, одинок. В головах темно, у рабов нет слов, темно, снова темно, только темно. Темно, разбивается стекло, вылитых слёз на выженный здесь пол, тесно, грязно, и тут пиздец нам, естество это с детства. Мерзко такое соседство. горем нас топят и топчут нам небо. Ее в адеквате я в неводе кану. Нет, ко дну прибиты давно, так стать пора якорем, ага. Осадим корабль оравой на раз. Давай! Так долой капитана - фас! Залита красным пасть, Хавай мразь, что душу продаст ради капитала. Достали мы гадов из раковин злата. Настала эпоха для нас, настала для нас. Просыпаюсь - темно, снова темно, только темно. Это был сон, сладкий сон. Наверное странно, что в реках крови не стал кошмарным он. Я ранен надеждой о завтра. Все мысли украл уголок укромный, куда падает свет вне моего взора, но я знаю он есть... Ведь вырос цветок там, не так одиноко мне, когда вижу его я жив как и он, возник шанс - росток надежды, что сон не вечен, среди толщи грязи он мой ориентир. Вечный сон, вечный сон в бреши той, сверху карусели, что мы не хотели двигать, нам не дали слов. Вечный сон, вечный сон в бреши той, где то в голове таится дума - будет бунт и небо решето А мы хотим лишь тепла А мы хотим только света Весны, чтобы наши тела Сквозь сны выросли в лето (Трибьют к Дельфину, его треку "Лето")