Бороться с глупой силой уже антично, вечно Очередной привычно вымученный вечер Вас, как и нас тогда, объединит анти-со-вет-чина Насколько давит нас тюрьма нквд, пытает центр «э» Настоль дурманит дух свободы и мечта о бнр Когда в утробе уже травма — вся жизня птсд Снаружи скверное инферно, но в грудях и в голове приятный маленький эдем В изоляторе Пищаловского замка «володарки» Я прокричал не-че-ло-веч-но – «Нет!» Мольбы пощады изнутри? Твари достали их извне! Мы так устали, без питания, без лекаря Что испытали мы лучше не знать, калека я Питья няма... И только ссохшиеся слюни Как арестованный вояка оставались на «губе» Надеть поч-ти что не-че-го Сталин и «гэбэ» Мы против них восстали никого не ставя во главе Лучшим исходом будет каторга навек, либо же лагерь и диагнозы 7Б Но наш — почить навечно... Как обезумевший правитель каждый из нас без царя в голове Тюряга, лавирую между жизнью и смертью Снаряга из чистого мяса на мне Репрессивное месиво, но люди все помнят И кто-то стихи зафиксирует песнями Эта «чёрная ночь»*, в руках чётки, «ружанец»** Обречён я, никто не сможет помочь Но молюсь, мы «спужались»... Моя могила – урочище. Пусть мой дух гонит уродов тех прочь с нашей земли Нашестерил «товарищ», сдал меня, после сам попался, аж истерит Урок еще тот ему Увековечено его стукачество слогом, из полчищ, нашествий рифм В жен «предателей» казахи бросили куртом*** В нос ударил сырный запах, ноздри окутал Кто-то рукопись сжигал сквозь слез перламутр Тогда ещё не зная, что горят только воздух и утварь А силу духа не подавишь ни розгой ни кну-том Мы и они это пчелы и осы , нас этот рой урабатывает Если мы жалим — мы умираем Стихи на скрижалях Мы в тени крыльев от ворона, летящего над Куропатами... Ночь расстрелянных поэтов Учёных и апологетов Жидов, писак, интеллигентов Больше сотни было где-то Ночь расстрелянных поэтов Чёт забыли мы об этом Принимаем их запреты Ночь расстрелянных поэтов Те дни напоминают мне мизулину и лигу Безумные интриги Рэперочков обязует капризуля двигать на поклон Судя по лицу эта сука не фригидна Цензурит их и давит лыбу (оу) Не важно респектуешь или адресуешь «big up» Коллега по цеху почти сокамерник Звучит голос закадровый Сроки заставят говорить на камеру Рука в веригах едва поднимает перо И на этом фоне граймеры точно герои Но то, что мы читаем цензор просто не понял бы Здесь можно быть за рашку да и только Качмара запретила ВК-шная помойка Провластная шарашка: дотации, монополия Детишек бережет Воспитательная Колония В 20-ом я писал тексты в астении Было стремно даже выложить трек на стене Хорошо хоть не как остальные на карательном «стриме» Не на коленях, не повернут к стене на «окрестино» Поведать об этом на баттлах такая вот скудная месть моя, долг и ответственность... Отголоски тех дней повторяю словно ворон, пересмешник Мы все поровну поделим, нас похоронят вперемешку На какой бы стороне ты не был Строки проболтаются пытливо расколотым шпионом перед СМЕРШем Неважно, мужиком на шконке или у параши Всяко лучше, чем быть раше-ошарашенным Графомания то, что в безопасности, в подполье пишем карандашиком Искусство в неволе – «Реструкт» Тесака и рваные записи Яшина Узников не кормят специально, невыносимо ментально Вздох тоскливый на полную грудь и точно осиная талия Пока за руку не поймали надо бы вскрывать картишки Время хоронит поэтов, хоть не куропаты ни разу тут Не в прямом смысле, пока что не буря, затишье.. Ты скажешь не преувеличивай, мол счас и близко ниче нет такого Но твой шёпот становится тише с каждым годом до 37-го... (В лапти, холоп!) День запрещённых поэтов Патриотов и иноагентов Изгнанных и закрытых Признанных и забытых День запрещённых поэтов Время напомнить об этом Не принимайте запреты День запрещённых поэтов.... Outro**** * – «Ночь расстрелянных поэтов», массовое политическое убийство представителей белорусской и еврейской интеллигенции, а также деятелей культуры, науки и искусства, произошедшее с 29 на 30 октября 1937 года в Минске. Также известна как «Чёрная ночь» ** – «чётки» на белорусском языке; традиционные католические чётки, а также молитва (точнее — цикл молитв), читаемых по этим чёткам. «Розарий» по-русски. *** – существует легенда о том, что жители некой казахской деревни забрасывали камнями женщин-узниц, жён «изменников родины» в СССР прямо перед конвоирами. Этими «камнями» оказался курт — кисломолочный продукт популярный в Казахстане. Таким образом, местные жители хотели дать этим женщинам поесть. **** – стихотворение «Пасеклі Край наш» Алеся Дудара. Он был одной из жертв описанных событий. Использован фрагмент из следующего ролика: https://www.youtube.com/watch?v=Mxtmy5B_rko.